Продолжаем рассказывать о земляках, причастных к большой стройке
Павел Иванович и Валентина Владимировна Кузьменко разделяют мнение поэта Игоря Северянина: «Судьбою нашей правит случай». Именно так: благодаря случаю, в начале 80-х они оказались на БАМе. А получилось вот что. Молодым специалистам из Новомышастовской — агроному и бухгалтеру — пообещали квартиру, но ждать пришлось не три года, больше. А тут знакомые зовут: давайте на БАМ. Будут вам и романтика, и заработки, и жилье.
Фарт
Павел, по жизни скорый на ногу, уехал первым. И действительно — в поселке Магистральный он прижился так быстро, что на бытовом уровне здесь до сих пор байка гуляет.
Пришел Кузьменко устраиваться на работу в «Казиркутсклес», а тут начальник на пороге: «Давай ко мне водителем!» К концу первого рабочего дня решился вопрос по комнате в общежитии, а к концу второго вновь везение: Павел благополучно отпросился на «серьезную» машину и получил МАЗ-лесовоз.
На третий день в Новомышастовскую полетела телеграмма: «Дорогая Валя! Все хорошо. Жду. ТЧК.»
26-летний комендант
Дальше — такое же стремительное продолжение. Молодая женщина собирает детей — дочку трех лет и сына шести, едет в Иркутск, потом еще на перекладных, свято веря словам мужа: «Если все хорошо, чего же медлить!..» Конечно, ситуацией верховодила молодость, задор, желание крепче ухватить жизнь за гриву. А еще была уверенность в большом могучем СССР. Звал не только муж, звала страна…
Но и это не все. По прибытии на место Валентина узнает, что им выделили уже две комнаты, а ее ждет интересная работа — коменданта сразу трех общежитий. Представьте себе: чужой край, где нужно еще научиться жить с ним в ладу, незнакомые люди, и вдруг — хозяйка целого городка. И когда! В канун нового 1982 года. Утешил бородатый дядька-водовоз: «Хватило духа приехать, хватит и рулить!»
Первая проблема, которую пришлось решать — украденная елка и продукты с комнаты молодой крановщицы. Поиск привел к простодушно-улыбающемуся парню. Выяснилось: это была шутка, вернее, шутливая месть за отказ встретить праздник вместе. И все-таки встретили вместе. После боя курантов все высыпали во двор, чтобы увидеть, как в холодном небе жарко загораются звезды салютов.
Агрессивная среда
Павел Кузьменко недолго крутил руль лесовоза. Его переманили в солидную организацию — ООО «Восточно-Сибирское монтажное управление» — одну из тех, которые обеспечивали энергоснабжение строящейся магистрали и растущих вдоль нее городов и поселков. Новомышастовцу повезло поработать на участке от Усть-Кута до Северобайкальска. Причем в трех ипостасях: крановщик, водитель, электромонтер. На БАМ он приехал с водительскими правами, а две другие профессии освоил уже в ходе стройки.
Заниматься монтажом электрооборудования, а тем более с нуля собирать подстанцию, было очень сложно. Энергетики — люди немногословные, трудности севера объясняли скупо: «Агрессивная среда, ничего не попишешь». За что бы ни брались монтажники, каждое технологическое звено требовало поправку на экстремально низкие температуры или на сильный ветер, либо на вечную мерзлоту. Простой пример: вечная мерзлота выдавливала опоры линий электропередач. Заделывали на глубину два метра, а по прошествии времени опора едва ли не полностью выходила наружу. На один из таких, будем говорить, столбов, Кузьменко-электромонтер взобрался и на самом верху понял: «не думай о секундах свысока» — это не только слова из песни. Это про сейчас и про жизнь. В тот раз ему повезло, отделался синяком, занявшим четверть тела…
Забавно то, что вернувшись домой после происшествия, пришлось пережить, уже с семьей, еще одну природную стихию: мороз в минус 62 градуса. Как ни кочегарили в котельной, все равно трубы центрального отопления разморозились, и в общежитии началась пальба. Лопаясь, чугунные батареи издавали оружейный звук выстрела.
Вторая сторона БАМа
Но это вовсе не значит, что суровым край был от «а» до «я». Тут, как у медали две стороны. Сегодня чета Кузьменко с придыханием вспоминает походы за грибами и ягодой, рыбалку, охоту. Правда, с последним увлечением было не все гладко. Однажды, приближаясь к зарослям малины, увидели медведя, а он — непрошенных гостей. Хозяин тайги встал на задние лапы, зарычал. Этого было достаточно, чтобы поселковцы на реактивной скорости прилетели домой.
А сколько радости принес бамовцам минеральный источник, разбуженный во время разработки карьера! Шутка ли, в минус сорок в ковш ударила горячая струя воды, и уже через час-другой экскаваторщик понял: надо уносить ноги. Гравий будет или нет, а озеро — вот оно. И действительно. Горячее озерцо стало излюбленным местом отдыха строителей магистрали. Круглогодичный горячий ключ не хуже кубанского.
Масса впечатлений было, когда у речушки близ Байкальского хребта Кузьменко нашли Аленький цветочек — радиолу розовую, или, как еще называют собрата женьшеня, золотой корень. Павел тут же продемонстрировал познания, мол, если корешок залить кипятком и настоять, куда только денутся болячки. На что Валентина отозвалась замечанием: «Вроде бы сошли твои синяки после истории со столбом. Пусть растет себе! Может, кому-то он нужнее будет!»
Белый снег, черный мрамор
Пришло время, и Валентине Кузьменко нашлась работа по профессии. В военном комиссариате она возглавила финансово-экономическое отделение, где верой и правдой прослужила 18 лет. А супруг в это время записал на свой счет очень важный для БАМа объект — туннель протяженностью 6,7 километра, пробивший на вылет Байкальский хребет. Здесь кубанец опять-таки проявил себя в трех ипостасях: и крановщиком, и водителем, и электромонтером. Проходчикам нужно было обеспечить работу всего электрооборудования.
Как и в случае с Северомуйским туннелем, Байкальский оказал строителям серьезное сопротивление. Где-то на полпути к цели проходчики вышли на толщу черного мрамора. Кто-то «разродился» черным юмором, мол, тут памятников наберется — считать, не сосчитать. Но и эту крепость прошли благополучно.
P.S.
Если складывать общий стаж работы на БАМе, он у Кузьменко переваливает за сорок лет. Как они вспоминают те годы? Как жизнь с заглавных букв. И Павел Иванович, и Валентина Владимировна, и дочь Жанна. А сын Роман отказался возвращаться на Кубань. Он пустил корни там, где «багульник на сопках цветет, кедры вонзаются в небо…»
