А еще со скакалкой прыгает 140 раз за один подход
Без очков — в мишень
Юрию Петровичу Сорокину 91 год, но сам он, кажется, меньше всего думает о цифрах в паспорте.
— Я не люблю на диване лежать. Хочется потрудиться, — объясняет полтавчанин.
Около десяти лет назад он присоединился к Совету ветеранов станицы Полтавской. Позвали знакомые, с тех пор охотно участвует в жизни первички.
Поездки и экскурсии любит особенно. Если куда-то собираются — Юрий Петрович обычно в числе желающих. А еще каждый год принимает участие в различных соревнованиях, в том числе по стрельбе и дартсу, которые организует полтавский Совет ветеранов. И вот здесь невольно вспоминаешь о возрасте моего собеседника: в 91 год он стреляет без очков.
Всегда в движении
Каждое утро Юрия Петровича начинается с зарядки. Этой привычке уже около 35 лет.
— Ни одного дня не пропускаю. За 35 лет, может, раза два-три пропустил. И то друзья виноваты: на рыбалку позвали, рано ехать надо было, — улыбается он.
Спортом свои занятия не называет. Просто делает упражнения, чтобы все тело было в движении. А потом можно и на велосипед.
— С 1999-го года ни разу на автобус я не садился. Только на велосипеде.
Раньше на нем даже на рыбалку ездил. Сейчас такие дальние поездки оставил, но по станице почти каждый день проезжает три-четыре километра.
— А куда вы столько ездите? — спрашиваю.
— То подруги, то друзья.
— В общем, все время на коне?
— Да, всегда.
И снова улыбается.
В шесть лет — в эвакуацию
За этой легкостью — жизнь, в которой простого было немного. Когда началась Великая Отечественная война, Юрию Петровичу было шесть лет.
Из того времени сохранились отдельные детские воспоминания: Москва, прожекторы в небе, множество людей, эвакуация. Помнит, как его вместе с другими детьми привезли к поезду и разместили в товарных вагонах — теплушках. Посередине стояла печка, по обе стороны — нары.
— Мне шесть лет, а я все помню. Народу — полно. Эвакуация большая была.
Родителей полтавчанин почти не помнит. Из совсем раннего детства сохранился лишь один эпизод: отец дал ему настоящие часы. Мальчишка тут же разобрал их.
После эвакуации он оказался в Тюменской области. Там с 1941 по 1950 годы воспитывался в детском доме. О том времени он говорит спокойно. Просто рассказывает то, что сохранила детская память.
От столяра до кровельщика
После детдома началась самостоятельная жизнь. В Тюмени Юрий Петрович два года учился на столяра-краснодеревщика. Потом его призвали в армию. Служил на Дальнем Востоке, в районе порта Ванино. А дальше география его жизни стала еще шире: Казахстан, Кемеровская область, Сибирь, Дальний Восток. Был и в Ленинграде, и в Узбекистане. Сам говорит об этом просто: любил посмотреть страну.
Основные профессии Юрия Петровича — плотник и столяр. Но за годы работы освоил едва ли не все строительные специальности. Мог бетонировать, штукатурить, класть стены, стеклить окна, ставить перегородки, заниматься кровлей. Легкой работы почти не было.
— Самый тяжелый труд у меня был в совхозе. Тюки нужно было грузить, носилки со строительными материалами каждый день тягали.
Вспоминает, как на стройке сначала приходилось несколько часов вручную перетаскивать кирпич, а уже потом браться за кладку. Зимой и летом — одинаково. Тогда не было такой техники, как сейчас.Наверное, отсюда и привычка рассчитывать прежде всего на свои руки.
Уже будучи пенсионером, Юрий Петрович продолжает помогать знакомым: где дверь починить, где замок поставить, что-то застеклить или сделать другой мелкий ремонт.
На целину
В конце 1950-х Юрий Сорокин уехал в Казахстан — осваивать целинные земли. Жизнь молодых рабочих тогда была далека от нынешних представлений о комфорте. Общежитие, тяжелый физический труд, неустроенный быт. Но именно работа всю жизнь и вела Юрия Петровича из одного места в другое.
В Кемеровской области он встретил будущую жену Лиду. Она работала дояркой — профессия в те годы тоже была далеко не легкой. Многое приходилось делать вручную. Вместе супруги прожили 38 лет.
О жене Юрий Петрович говорит коротко:
— Хорошая была. Прекрасная, добрая.
У них родилась дочь, теперь у Сорокина есть внук и двое правнуков.
«Я все один»
Так уж сложилось, что дочь, уже будучи взрослой, переехала в Полтавскую. В 1999 году и Юрий Петрович перебрался в станицу. Здесь и живет уже 27 лет.
Есть у него небольшой участок земли. Возраст возрастом, а без дела земля не остается.
Он и ремонт в квартире привык делать сам, и с огородом самостоятельно управляется, и фрукты, выращенные на своем участке, сушит на зиму.
Во время разговора несколько раз ловлю себя на мысли: о чем бы ни спросила Юрия Петровича — работа, огород, велосипед, домашний ремонт, поездки, зарядка — все делается с удовольствием. Ему обязательно нужно чем-нибудь заниматься.
И даже на вопрос о возрасте он отвечает не рассуждениями о прожитых годах, а рассказом о том, что еще может делать.
За плечами — 91 год. Москва военного времени, эвакуация, детдом, целина, тяжелая работа, семья, переезд на Кубань. А впереди — очередной обычный день. И, скорее всего, несколько километров на велосипеде. Потому что лежать на диване Юрий Петрович Сорокин не любит.
Кстати
В завершение разговора Юрий Петрович попросил передать читателям «ГП» свое пожелание:
— Людям моего возраста желаю здоровья, счастья и обязательно заниматься физзарядкой. А молодежи — любить свою Родину, быть трудолюбивыми, уважать старших и беречь своих близких.
