Когда-то летом у ерика звучали детские голоса, дежурил спасатель, работали лодки и катамараны, а к сезону завозили свежий песок.
У старожилов Полтавской есть воспоминания, которые сегодня звучат почти как отдельная станичная легенда. Одно из них — о пляже на ерике.
Постоянная подписчица «Голоса правды» Полина Шепель много лет следила за публикациями о судьбе ерика и написала в редакцию после обсуждения темы бассейна. Но её письмо было не столько о бассейне, сколько о том, каким когда-то был летний отдых детей в станице.
Она жила недалеко от ерика и хорошо помнила время, когда с его берегов всё лето доносились детские голоса. В каждой семье было по двое-трое детей, потом рождались внуки. Все они купались, загорали на песке, ловили рыбу и раков.
«Долгие годы речка нас радовала, кормила и поила», — вспоминала она.
Работая в детском саду, Шепель водила детей купаться. К сезону на пляж ежегодно завозили новый песок, красили скамейки и грибочки. Были катамараны, лодки, дежурил спасатель из ОСВОДа.
Пляж встречал детей как настоящее летнее место силы. Здесь проводили Праздник Нептуна, сюда приходили семьями, здесь проходило то самое детство, которое потом помнят десятилетиями.
Со временем от пляжа не осталось следа. И когда в станице заговорили о бассейне с льготной оплатой, читательница задумалась: сможет ли он заменить детям живую речку?
Для многодетных семей даже льготная оплата могла стать нагрузкой. А долгожданный бассейн, по её мнению, рисковал лечь затратами на местный бюджет и при этом не стать доступным для всех.
В её письме не было спора ради спора. Это была просьба вспомнить, что детям нужен не только организованный спорт и площадки, но и простой радостный летний отдых у воды. Сегодня этот текст читается уже как фрагмент памяти о Полтавской. О времени, когда станичный пляж был не просто местом купания, а частью жизни: с песком, скамейками, лодками, детским смехом и ощущением, что лето принадлежит всей станице.
